Возрождение «Номенклатуры»

В советское время, молодежь уже не помнит наверно, был такой термин «партийно-хозяйственная номенклатура» описывающая узкий круг тех, кто был допущен к политической и экономической власти. В неё входили как партийные функционеры КПСС, так и и руководство советских предприятий, которое тоже было сплошь партийным. Именно номеклатура при социализме была хозяином всей советской собственности, поскольку именно она всем распоряжалась, а не «весь советский народ», как тогда декларировала пропаганда.

Попадание в систему номенклатуры было возможно только для членов КПСС, да и то не для всех. Простые члены КПСС тоже в основном, как и весь советский народ составляли «массовку» — ширму мнимого «народовластия» за которой пряталась жесткая кастовая система делившая народ на допущенных в число членов номенклатуры и не допущенных.

Попасть в номенклатуру можно было двумя путями или (причем с развитием брежневского социализма все реже и реже) своими заслугами производственными/научными (тогда профессура все-таки была номенклатурой, хотя и низшего уровня), или (и это под конец существования СССР стало основным каналом формирования номеклатуры) благодаря «связям» родственным или дружеским. Вспомните еще советскую песню ДДТ «раскройте рты, сорвите уборы, по улицам чешут мальчики-мажоры». Понятие «мажора», как отпрыска номенклатуры, которому в отличие от детей обычных рабочих или инженеров были открыты все перспективы и включен скоростной кадровый лифт родилось именно тогда, в СССР.

У номенклатуры была своя система снабжения при тотальном дефиците позднего СССР. Называлось это «спецраспределителями» к которым члены номеклатры «прикреплялись» и получали доступ без очередей к благам которые редко или даже никогда не поступали в систему торговли для остальных советский граждан. Старшее поколение вспомните райкинское «завмаг, завсклад, как простой инженер».

Советская номенклатура стояла над законом. Правосудие и милиция закрывали глаза на преступления совершаемые и членами номенклатуры и их детьми.

Единственное, что не могла сделать номенклатура в прямую, без исполнения довольно сложных ритуалов проведения своих отпрысков по каналам номенклатурных кадровых лифтов, так это передавать советскую собственность по наследству. Квартиры/дачи наследовались, но вот место секретаря райкома/обкома или место директора завода передать напрямую было очень сложно, хотя некоторым и удавалось, но редко.

Сторонники «теории заговора», как объяснения краха СССР в августе 1991 года считают, что те события были организованы номенклатурой с целью получить права частной собственности на средства производства СССР, которые им принадлежали фактически, но не формально. Это, кстати и произошло бы, не появись Гайдар с Чубайсом со своими «ваучерами», которые по их идее должны были предотвратить перетекание всей советской собственности в руки номеклатуры. Частично это у них получилось. Большая часть той советской номенклатуры «не вписалась в рынок», т. е. не смогла переоформить фактическое владение советской собственностью в формально частную форму.

Но части советской номеклатуры это удалось. Позже к ним присоединились и самые ушлые дельцы времен 1990-х поучаствовавших в несправедливом втором этапе приватизации — в «залоговых аукционах».

С приходом Путина и его команды прибиравшие к рукам власть олигархи эпохи Ельцина в грубой форме «дела ЮКОСа» были отстранены от политики. На короткий момент связь власти и собственности оказалась разорвана. Пока… Пока не начала формироваться новая путинская номенклатура лиц формально государственной собственностью не владеющая, но ей руководящая за безумные для бедного населения России деньги.

Сформировались семьи, которые передают власть и право распоряжения государственной собственностью своим детям, не имея формальной частной собственности. Патрушев старший возглавляет Совбез, Патрушев младший руководил Россельхозбанком, а сейчас возглавляет министерство. Фрадков старший в СВР, Фрадков младший возглавляет Промсвязьбанк. Рогозин старший, когда был оборонным вице-премьером, пристроил своего сынка руководить «Ильюшиным». Иванов старший руководил президентской адмнистрацией, а его сын руководит Алросой. Арашуков старший был в руководстве Газпрома, Арашуков младший сидел в Совете Федерации.

Это же происходит и по всей стране на более низких уровнях городов и даже муниципалитетов. Номенклатура это закрытый для проникновения из-вне «клуб». Сейчас власть, дающая возможность распоряжаться к бюджетными деньгами, защищает себя путем недопуска к выборам «чужих», что было продемонстрировано на примере выборов в Мосгордуму и муниципальных/губернаторских выборах в Петербурге.

При позднем Путине советская номеклатура возродилась!

И теперь, как и в конце существования СССР эта номенклатура стоит перед проблемой передачи власти/государственной собственности своим отпрыскам на формальных основаниях. Номенклатура будет пытаться приватизировать ту собственность, которой они распоряжаются сейчас при Путине. «Транзит» власти после ухода Путина — это прежде всего вопрос собственности для формальной передачи своим детям.

Сейчас Сечин, Фраков, Иванов не могут формально передать власть, а значит и государственную собственность своим детям, но им очень нужно это сделать.

Источник

You must be logged in to post a comment Login